Сексуальные и несексуальные реакции

Сексуальные и несексуальные реакции
  • Отдельные сексуальные реакции нейрофизиологически связаны не только друг с другом, но и с множеством несексуальных реакций. Алан Фишер ввел в мозг крысы-самца тестостерон, рассчитывая вызвать агрессивное поведение и половое возбуждение. Однако у самца неожиданно проявился материнский инстинкт, вместо спаривания с подсаженной к нему самкой он начал «нянчить» ее.
  • Инъекция тестостерона в соседнюю точку мозга действительно вызвала агрессию и половое возбуждение, а инъекция между этими двумя точками — «смешанное» поведение, когда агрессивность перемежалась с проявлением заботы и материнскими реакциями. Возможно, в этом есть некоторое указание на нейрофизиологические основы амбивалентности сексуальных переживаний, в которых нежность подчас сплетается с агрессией. Однако нельзя не учитывать также целостность нервной системы, в том числе «эмоционального мозга».
  • Раздражение одних и тех же участков головного мозга может вызывать не только реакции, отмеченные Мак-Лином, но и многие другие, которые при всем желании невозможно «увязать» с сексуальностью. Обоняние служит животным не только ключевым сексуальным анализатором, но и важнейшим средством общей ориентировки, а такие сексуальные автоматизмы, как эрекция, могут быть элементами как сексуального, так и несексуального поведения.

Монокаузальное объяснение сексуальности

  • Достижения нейрофизиологии ясно показывают невозможность монокаузального объяснения сексуальности. Самые авторитетные специалисты в этой области, например, Уэйлен, настойчиво предостерегают от иллюзии легкого перехода от экспериментального манипулирования отдельными сексуальными реакциями к «управлению» и нейрохирургической коррекции сексуального поведения человека как системного образования. Они указывают на расплывчатость и неясность самого понятия «половые центры, локализованные в мозге», а также полифункциональность многих мозговых механизмов, регулирующих сексуальное поведение, подчеркивая принцип единства и целостности центральной нервной системы.
  • Этот вопрос имеет не только теоретическое значение. Некоторые нейрохирурги ФРГ в 60-х годах, увлекшись достижениями экспериментальной нейрофизиологии и не вполне отдавая себе отчет в сложности проблемы, стали практиковать операции на гипоталамусе для излечения от сексуальных аномалий, таких, как садизм, педофилия и т. п. Описано 75 таких операций. Результаты оказались плачевными. В одних случаях был нанесен вред психическому здоровью пациентов, а в других операции оказались неэффективными. Например, мужчина- педофил с выраженными садомазохистскими фантазиями подвергся операции на гипоталамусе и через 2 ½ года был освобожден из тюрьмы. Однако стоило ему прекратить прием антиандрогенов, снижающих половое влечение, как он убил 10-летнего мальчика. В конце концов под давлением критики со стороны Немецкого сексологического общества правительство ФРГ приостановило проведение таких операций.

Отказ от монокаузальности в эндокринологии

  • Такой же отказ от монокаузальности наблюдается и в эндокринологии. После того как было доказано, что сила полового возбуждения и уровень сексуальной активности как у мужчин, так и у женщин зависят от уровня андрогенов (андрогены часто называют «либидо- гормонами»), многие ученые стали думать, что открылась широкая возможность управления эротическими чувствами и сексуальным поведением людей. Однако вскоре выяснилось, что андрогены воздействуют только на силу полового влечения, а не на его содержание. Иначе говоря, с помощью соответствующей гормонотерапии можно повысить (V-Tada 20Lovevitra-20Sildisoft-50) или понизить половую возбудимость, но нельзя изменить сексуальную ориентацию личности, превратив гомосексуала в гетеросексуала. Затем, как и в исследованиях гормональной регуляции половой дифференцировки, выявились другие ограничения, например, разная сенситивность к половым гормонам в зависимости от пола, возраста и некоторых индивидуальных особенностей.
  • В опытах на животных обнаружилось, что одни и те же гормоны не совсем одинаково влияют на разные компоненты сексуального поведения. Например, у приматов сексуальное поведение самки включает 3 компонента:
  1. привлекательность — то, что делает ее сексуальным стимулом для самца,
  2. процептивность — жесты,
  3. и другое поведение, которым самка поощряет самца к спариванию, и рецептивность, т. е. готовность самки принять самца.
  • Выяснилось, что эти разные виды поведения вызываются и активизируются разными гормонами: привлекательность стимулируется воздействием эстрогенов на влагалище, процептивность зависит от андрогенов, а природа рецептивных реакций пока не ясна. Как подчеркивает Д. Херберт, нужно не только отличать соматическое воздействие гормонов от поведенческого, но и уточнять, какой именно компонент сексуального поведения чувствителен к тому или иному гормону. Неоднозначность нейрофармакологических факторов сексуального поведения касается и моноаминов. Хотя эти вещества могут оказывать глубокое положительное или отрицательное влияние на мужскую и, вероятно, и на женскую сексуальность, один и тот же препарат может воздействовать на разные компоненты сексуального поведения (например, на эрекцию и семяизвержение) в противоположных направлениях.